Северные говоры Владимирско-Поволжской группы

03.02.2021

Северные говоры Владимирско-Поволжской группы — говоры, размещённые в северной части территории Владимирско-Поволжской группы на границе с севернорусским наречием, объединённые общими для них диалектными чертами.

Общая характеристика и область распространения

Территория северных говоров Владимирско-Поволжской группы, находящаяся в непосредственной близости от территории говоров севернорусского наречия, охватывается значительным числом явлений северных диалектных объединений, ареалы которых заходят южнее границы среднерусских говоров и севернорусского наречия, но не распространяются в говорах юга Владимирско-Поволжской группы. К таким диалектным явлениям относятся как явления известные северному наречию в целом, так и характерные только для его Костромской группы говоров.

Ареалы диалектных черт северной или южной локализации русского языка (наречий, диалектных зон, групп говоров), в разной степени продвигающиеся на территорию Владимирско-Поволжской группы, имеют сложный характер взаимопересечений и не образуют чёткой границы, в результате чего северные и южные говоры Владимирско-Поволжской группы разделяются областью говоров различных переходных типов. Также и сами северные говоры Владимирско-Поволжской группы, размещённые в области взаимопересекающихся ареалов владимирско-поволжских и севернорусских диалектных явлений, могут быть рассмотрены как переходные к Костромской группе говоров северного наречия.

Отсутствие определённой границы с южными говорами в пределах Владимирско-Поволжской группы, а также распространение крайне малого числа присущих только северным говорам местных диалектных явлений, не даёт оснований для выделения их в отдельную подгруппу.

Особенности говоров

Диалектные черты северного наречия

Диалектные черты северного наречия в целом, включая его Костромскую группу говоров, распространённые в северных говорах Владимирско-Поволжской группы:

  • Усиление элементов различения гласных неверхнего подъёма во втором предударном слоге и в заударных слогах, особенно широко представленное в различении гласных в конечных открытых слогах. Наряду с различением гласных а и о в заударных слогах в северных говорах наблюдается также и совпадение их в гласных ъ или в а в этих же положениях, как и в южных говорах. Совпадение гласных а и о в а или редуцированном ъ: над[ъ] (надо), дом[ъ] (дома) или над[а], дом[а], из гор[ъ]да (из города) (черта южнорусского наречия). Совпадение гласных а и о только в а в конечном закрытом слоге: в гор[а]д (в город), выд[а]л (выдал) и т. д. (черта юго-восточной диалектной зоны).
  • Произношение гласного звука о во втором предударном слоге в абсолютном начале слов: [о]топри, [о]тн’ала, [о]гурцы и т. п., в отличие от широко распространённого на территории Владимирско-Поволжской группы произношения у в соответствии о ([у]топри и т. п.) и отмечаемого в южной части территории произношения редуцированного гласного ъ в соответствии о ([ъ]топри и т. п.).
  • Различения гласных в безударных окончаниях -ут и -ат у глаголов настоящего времени 3-го лица мн. числа I и II спряжения: пиш[ут], дêлай[ут]дыш[ат], нос’[ат] и т. д.
  • Возможность употребления нестяженных сочетаний гласных после утраты интервокального j: зн[аэ]т, зн[аа]т (знает), дêл[аэ]т, дêл[аа]т (делает) и т. п.
  • Наличие сочетания мм в соответствии сочетанию бм: о[м:]ан (обман), о[м:]êр’ал (обмерял).
  • Окончание в форме родительного пад. ед. числа существительных жен. рода с окончанием и твёрдой основой: у жон[ы], с рабôт[ы] и т. д.
  • Наличие общей формы дательного и творительного пад. мн. числа существительных и прилагательных: с пустым в’одр[ам], к пустым в’одр[ам]; со своим рук[ам], к своим рук[ам] и т. п.
  • Распространение прилагательного толстой с ударением на окончании.
  • Распространение особого типа склонения существительных муж. рода с суффиксами -ушк-, -ишк- (дêдушка, мал’чишка и т. п.) по мужскому типу склонения:
  • Диалектные черты, общие с Костромской группой

    Диалектные черты, общие для Костромской группы говоров и северных говоров Владимирско-Поволжской группы:

  • Разновидность ассимилятивного прогрессивного смягчения задненёбных г — к — х, при которой такое смягчение наблюдается после парных мягких согласных при отсутствии смягчения после ч’ и j: ба[н’к’]а, но до[ч’к]а, ча[йк]у.
  • Окончание -ей в форме родительного пад. мн. числа существительных жен. рода с окончанием на с мягкой основой: бан[ей], йаблон[ей], деревн[ей] и т. п.
  • Произношение сн в соответствии чн в словах молочный и яичница: моло[сн]ой, яи[сн]ица. Произношение яи[сн]ица неизвестно в говорах Костромской группы.
  • Распространение слов: сосунок (жеребёнок в возрасте до года), стрига и стриган (жеребёнок на втором году), третьяк (жеребёнок на третьем году) и др.
  • Местные диалектные черты

    Местные диалектные черты северных говоров Владимирско-Поволжской группы:

  • Распространение форм притяжательных местоимений с обобщённым ударным гласным е в ед. числе: с мой[е]м (с моим), в мой[е]м (в моём), а также в формах мн. числа: мой[е] (моё), мой[е]х (моих) и т. п., в отличие от местоимений с обобщённым гласным и в говорах юга группы (ед. число: с мо[и]м, в мо[и]м, мн. число: мо[и], мо[и]х и т. п.)
  • Наличие форм именительного пад. мн. числа прилагательных с окончанием -еи: худ[эи] (худые), плох[еи] (плохие) и т. д.
  • Отсутствие или очень редкое распространение форм предложного пад. прилагательных муж. и средн. рода с окончанием -им (-ым): в худ[ы]м.
  • Двусложные (дифтонговые) окончания в косвенных падежах мн. числа прилагательных: бел[ыих] (белых), бел[ыим] (белым) и т. д. Данная черта также распространена в западных среднерусских окающих говорах.